Маршал адвокатуры

Семен Львович Ария

Semen Aria  

С.Л. Ария — Широко известный мастер судебной защиты. Адвокат Московской областной коллегии адвокатов. Семен Львович — Заслуженный юрист Российской Федерации (1986), единственный в России адвокат, награжденный за профессиональную деятельность орденом Почета; удостоен золотой медали имени Ф.Н. Плевако (1997). Имеет боевые награды: орден Отечественной войны I степени, медали «За отвагу», «За победу над Германией», «За взятие Будапешта», «За взятие Вены» и другие. Именем С.Л. Ария названа звезда в созвездии Козерога. В настоящее время С.Л. Ария также является членом научно-консультативного советс (НКС) при Федеральной палате адвокатов и членом Московского клуба юристов «Фемида». 

Кредо: «Присутствие адвоката в обществе должно внушать надежду».

 В уголовных процессах был защитником Председателя Президиума Верховного Совета Узбекистана, ряда следователей и адвокатов, профессора юридического института, диссидентов в политических процессах 60 – 70-х годов (Москва, Ленинград, Горький, Рига, Харьков), крупных хозяйственников и финансистов.

Клиентами адвоката были известные в стране Андрей Сахаров, Роман Кармен, Петр Якир, Ролан Быков, Наталья Фатеева, Василий Ливанов, Александр Минкин, Борис Березовский и другие. Одним из последних знаковых дел адвоката была защита Светланы Бахминой при ее условно-досрочном освобождении.

  В свободное время увлекается туризмом, чтением. Живет в Москве. Активно продолжает работать в условиях новой России.  Семен Львович прекрасный семьянин, живущий в полном взаимопонимании с женой Мариной Петровной. Он неоднократно упоминал  следующее: Не надо, думаю, объяснять, как нужен всем нам надежный тыл, мир и согласие в доме. Ведь в суд иной раз уходишь, как на передовую, и возвращаешься, как после самого настоящего боя.


Труды

Защитительные речи и жалобы. — М., 1991.

Мозаика. Записки адвоката. Речи. — М., 2000.

Жизнь адвоката. — М., 2003.

Про войну: Повествования. — СПб., 2005.

Семен Львович — автор  многих научных публикаций в юридических изданиях, эссе и рассказов, печатавшихся в периодике. Фрагменты его речей приводятся в учебниках судебной риторики («Судебная речь» и др.).

Биография

Родился 28 декабря 1922 года в городе Енакиево Донецкой области (Украина), в семье инженера. Отец — Ария Л.С. (1880-1942). Мать — Ария И.С. (1885-1965). Супруга — Шестакова Марина Петровна (1948 г. рожд.). Дочь — Романова Ольга Семеновна (1976 г. рожд.).

Детство и юность

Родился в семье инженера, детство провёл в Харькове. После окончания средней школы в течение года учился на мостовом факультете Новосибирского института военных инженеров транспорта. Хотел продолжить семейные традиции, но помешала война.  

Участие в Великой Отечественной Войне

  В начале Великой Отечественной войны, после окончания первого курса института С.Ария  был призван в Красную Армию, был механиком-водителем танка, затем — разведчиком дивизиона гвардейских минометов («катюш»). На фронте с 1942 года. Участвовал в боевых действиях на Северном Кавказе, Кубани, Украине, в Болгарии, Венгрии, Австрии, старший сержант. Был дважды ранен, один раз контужен, награждён орденом Отечественной войны I степени, медалями «За отвагу», «За победу над Германией», «За взятие Будапешта», «За взятие Вены».

Адвокатская деятельность

Уволился в 1946-м, приехал к родным в Подмосковье. Сразу поступил в экстернат Московского юридического института и за год сдал все экзамены. В 1947 году окончил экстерном МЮИ. С 1948 года С.Л. Ария — адвокат Московской областной коллегии адвокатов (с 2002 — Адвокатской палаты Московской области); его стаж, таким образом, составляет пять с половиной десятилетий. За время практики ему приходилось защищать людей по всему Советскому Союзу — от Днепропетровска до Красноярска; он продолжает активно работать в условиях новой России.
В 1961 году С.Л. Ария перешел в Московскую адвокатуру. За минувшие десятилетия он участвовал в самых разнообразных уголовных делах, многие из которых отличались крупным масштабом и сопровождались общественным резонансом.

Еще в школьные годы Семен зачитывался сборником судебных речей знаменитых русских адвокатов. Демобилизовавшись, он решает посвятить себя юриспруденции и поступает в экстернат Московского юридического института. По его окончании в 1948 году талантливому студенту предложили стать следователем прокуратуры или работать в органах Госбезопасности. Но Семен Ария выбрал адвокатуру и направился в небольшой подмосковный район.

В послевоенные годы во многих районах зачастую было по одному-два адвоката: они не могли себе позволить роскошь узкой специализации, поэтому каждому приходилось заниматься как уголовными, так и гражданскими делами. Однако именно уголовные дела больше привлекали Семена Ария. По его проверенному годами убеждению, в уголовном процессе не бывает неинтересных дел, они предоставляют возможность для настоящего творчества. Кроме того, Семен Львович всегда рассматривал публичное выступление адвоката в суде как возможность реализовать свою потребность в утверждении нравственного начала в жизни через выражение и обоснование своей позиции.

Одно из дел, где адвокат добился 100-процентного результата, было дело Журиной — зубного врача, занимавшегося протезированием, в том числе и золотым. В 1970-х годах этот род деятельности считался довольно опасным и в случае привлечения врача к уголовной ответственности зачастую грозил ему не только тюрьмой, но даже и смертной казнью. Когда к делу подключился Семен Ария, Журина была уже осуждена к 8 годам колонии за незаконные операции с валютными ценностями. До этого Журину однажды осудили по той же статье на 5 лет, то есть теперь она была уже рецидивистом. Шансов на удачное для адвоката решение суда было немного. Тем не менее С.Л. Ария решил не только добиться оправдания своей подзащитной, но и остановить поток приговоров зубным врачам. Ему удалось доказать, что зуботехнические изделия и вообще бытовые изделия из драгметаллов не могут рассматриваться как валютные ценности. Была составлена жалоба, которая по своему уровню напоминала скорее диссертацию. С ней Семен Львович дошел до Генпрокуратуры СССР. Там с доводами адвоката согласились, внесли протест, и на пленуме Верховного суда СССР было решено уголовные дела Журиной прекратить производством за отсутствием состава преступления. Был создан прецедент, и многие честные люди благодаря Семену Львовичу избежали преследования.

Ярким было участие Семена Ария в громком деле актрисы театра имени Евг. Вахтангова Малявиной, обвиненной в убийстве своего гражданского мужа, актера того же театра Жданько. В один из дней Жданько был обнаружен мертвым: он погиб в результате ножевого ранения. В течение 5 лет причиной смерти Жданько считалось самоубийство, однако его мать настояла на пересмотре дела. Прокуратура предъявила Малявиной обвинение в убийстве, которое основывалось главным образом на заключении судмедэкспертизы: нанесенный удар ножом — не горизонтальный, а вертикальный — менее характерен для самоубийства, чем для убийства.

Ария вступил в это дело по просьбе Р. Быкова и журналистки, писательницы О. Чайковской, когда Малявина была уже осуждена к 9 годам лишения свободы и отбывала наказание. Семен Львович пришел к выводу, что смерть Жданько — явное самоубийство по всем признакам, начиная от психопатической личности актера, который неоднократно пытался свести счеты с жизнью и был глубоким истериком, и кончая тем, что заключение судебно-медицинской экспертизы не выдерживало никакой критики. По просьбе Ария в авторитетных медицинских центрах была проведена серия испытаний на биоманекенах, показавшая несостоятельность прежних выводов судмедэкспертов. Наконец, в Музее имени А.С. Пушкина Ария обнаружил копию античной скульптуры «Галл, убивающий себя и свою жену». Галл убивал себя тем самым вертикальным ударом ножа, который экспертиза обвинения признала нехарактерным для самоубийства.

Все эти сведения были переданы в Прокуратуру СССР с подробным изложением доводов защиты. Там был составлен проект протеста на отмену приговора и прекращение производства. Однако в Мосгорсуд поступил лишь протест о снижении наказания Малявиной до 3 лет лишения свободы, которые она к тому времени уже отбыла. Как объяснили Ария, столь странное «компромиссное» решение было принято, «поскольку твердой уверенности в невиновности Малявиной все же нет». Адвокат резонно заявил: если нет твердой уверенности в невиновности человека, не может быть и твердой уверенности в его вине, без которой осуждение человека приобретает характер произвола. Вопреки всем, казалось бы, неоспоримым доводам, Мосгорсуд принял решение о снижении наказания Малявиной до 5 лет; через полгода ее досрочно освободили.

Привычным и проверенным приемом в выступлениях С.Л. Ария на протяжении многих лет служат ссылки на литературные произведения, параллели с миром искусства, упоминание характерных исторических фактов. Многие фрагменты его речей по праву считаются классикой отечественной судебной риторики. Яркий пример — обращение Ария к шекспировскому «Отелло» на судебном процессе, в ходе которого обвиняли ревнивого мужа, убившего свою жену. Следствие посчитало, что причин для ревности не было, и вменило в вину подсудимому «убийство из хулиганских побуждений». В своем выступлении Семен Львович напомнил, что великий драматург на протяжении всей пьесы не позволяет нам усомниться в чистоте и невинности Дездемоны. «Но разве это дает нам основание, — задал вопрос адвокат, — считать, что Отелло задушил Дездемону из хулиганских побуждений?..» Этот неожиданный довод и был воспринят судом при внесении приговора.

Неоднократно С.Л. Ария участвовал в «диссидентских процессах».

28 декабря 1970 года в Верховном суде РСФСР слушалось по кассации дело, 4 (!) дня назад рассмотренное Ленгорсудом. Причина спешки, нарушавшей все процессуальные нормы, по тем временам была вполне объяснимой. Осужденные — несколько семей, не получивших разрешения на выезд из страны, — пытались вырваться путем угона самолета (так называемое «самолетное дело»). Попытка не удалась: всех взяли еще у трапа. Тем не менее 13 человек приговорили к длительным срокам заключения (до 15 лет), а двоих — к расстрелу. Но Л. Брежневу позвонил Р. Никсон и уговорил того «не портить американцам Рождество». Теперь высшему судебному органу надлежало срочно поправить положение «в свете разрядки международной напряженности». 

Представитель обвинения на этот раз предложил «проявить социалистическую гуманность» и заменить организаторам преступления расстрел 15 годами лишения свободы. Председательствующий понимающе кивнул и в соответствии с процедурой спросил, есть ли дополнения у защиты. Тут произошло непредвиденное: слово попросил С. Ария, защищавший одного из «идеологов» группы. «Мы верим, — сказал он, — что высокий суд согласится с мнением прокуратуры. Но… (в притихшем зале пауза показалась бесконечной)… если ограничиться заменой смертной казни, то возникнет необъяснимая уравниловка в наказаниях осужденных, игравших первые роли, и остальных. Поэтому, полагаю, следовало бы пропорционально смягчить наказания и другим осужденным».

Председательствующий помолчал, подумал и объявил перерыв.

… После совещания суд постановил согласиться с заменой смертной казни и снизить наказания (до 12 лет) еще нескольким осужденным. (Об этом процессе С. Ария повествует в одноименном рассказе «Самолетное дело», вошедшем в его книгу «Мозаика. Записки адвоката. Речи».)

Еще в 1956 году Ария первым отважился противостоять обвинениям в пресловутой «измене» и «антисоветской агитации». Некоему Завиркину тогда в приговоре оставили только хранение запрещенной литературы, а его подельника и вовсе оправдали. Потом Семен Львович защищал рижского студента, пытавшегося актом самосожжения протестовать против ввода советских войск в Чехословакию; участников московской демонстрации протеста (Богораз, Литвинов и другие); машинистку Лашкову, печатавшую запрещенные статьи Галанскова, Гинзбурга и Добровольского…

До высшей судебной инстанции доходили и другие, «обычные» дела, где оппонентом обвинения выступал тот же защитник. И каждый раз судьи отмечали глубочайшее знание им законодательства, общих принципов права и правосудия, а также редкое умение взглянуть на дело с новой, подчас совершенно неожиданной позиции и ярко, образно донести свою мысль до всех участников процесса.
Семен Львович Ария, наряду с другими известными адвокатами, ранее активно практиковал форму повышения квалификации — рассказывая о своих наиболее интересных делах, учили менее опытных коллег или, говоря современным языком, проводили мастер-классы.  (Из публикации Л.Ю. Грудцыной «Мы должны помнить наших предшественников за то, что они не дали прерваться связи времен».)




Коллеги об С.Л. Арии  

А.П. Галоганов, президент Адвокатской палаты Московской области

«Ария – это Пушкин российской адвокатуры».  

В.Ф. Яковлев, сопредседатель Ассоциации юристов России

«Такие люди, как Ария, могут быть нравственными маяками для всех юристов России. Нравственность – самое главное в деятельности юриста. Это глубокая человеческая порядочность, высокая культура, этичность и добросовестность. Я горжусь, что мы принадлежим к одной профессии. История адвокатуры – одна из прекрасных страниц истории России, Ария – одна из замечательнейших страниц истории адвокатуры».  

Е.В. Семеняко, президент Федеральной Адвокатской Палаты:

«Ваш юбилей – это событие не только вашей личной биографии, это событие для всей российской адвокатуры. Поверьте, наши слова – не юбилейная аллилуйщина, это – чистая правда. Имя Арии – своего рода заветное слово, пароль для настоящего адвоката, по которому наши коллеги сверяют свои нравственные компасы. Вам удалось невозможное – стать легендой при жизни».
«Вы не найдете рекламы Семена Львовича Арии. Но тем не менее у него есть свои клиенты и всегда будут.» (Из интервью с А.П. Галогановым).




Источники:

http://www.advgazeta.ru
http://ru.wikipedia.org/wiki/Ария_С.
http://www.biograph.ru/bank/ariya_sl.htm
http://www.peoples.ru/state/lawyers/aria/index.html